Председатель Исполкома
Съезда граждан СССР,
канд. филос. наук
Т.ХАБАРОВА

 

За Вторую индустриализацию,
за социалистическое
     народнохозяйственное возрождение!

 

Вступительное слово и выступление
на митинге советских граждан г. Москвы
в честь Дня Конституции СССР 1936г. (Сталинской)

Москва, Красная Пресня, 5 декабря 2018г.

 

УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ,
         от имени Исполкома Съезда граждан СССР и Координационного совета Большевистской платформы в КПСС поздравляю вас с очередной, 82-й годовщиной принятия у нас в стране первой в истории человечества полнообъёмной Конституции социалистического государства – Конституции СССР 1936 года (Сталинской).

Исторический масштаб этого события, он поистине гигантский, и на земле нашей, ему под стать, также должно было происходить – и реально происходило – нечто не менее грандиозное.

И это не менее колоссальное, это был, по существу, промышленный переворот, адекватный нашей Революции, нашему Красному Октябрю. И назывался он, этот промышленный переворот – ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ.

Сторонникам нашим и посетителям наших мероприятий хорошо знакома установившаяся у нас традиция наполнять мероприятия в честь памятных дат каким-то проблемным содержанием, не ограничиваясь содержанием, как говорится, ритуальным.

И сегодня, в честь очередного Дня Сталинской Конституции, давайте в качестве такого проблемного наполнения обратимся вот к этому явлению и процессу под названием индустриализация; без которого нас так же не было бы на политической карте мира, как без залпа "Авроры" и штурма Зимнего дворца в октябре 1917 года.

Спорить тут особо не о чем,– надо было спешно готовиться к войне с ведущими империалистическими державами; ибо они вовсе не собирались допустить существования на планете рядом с собой классово им противоположного рабоче-крестьянского государства.

И дело ещё крайне усложнялось тем, что наш исторический предшественник – российская буржуазия второй половины XIX – начала XX века, она не смогла вывести Россию на уровень промышленно наиболее развитых капстран. Почему И.В.Сталин и предупреждал, на рубеже 20-х – 30-х годов: или мы сумеем за какой-то десяток лет пробежать расстояние, на которое другим народам понадобились века, или нас сомнут.

И именно поэтому по решениям XIV съезда партии в 1925 году должен был развернуться процесс, об итогах которого тот же Сталин через исторически кратчайший, буквально молниеносный отрезок времени смог сказать: у нас не было таких-то и таких-то отраслей промышленности, не было станкостроения, тракторостроения, автомобилестроения, моторостроения, самолётостроения и т.д., а теперь они у нас есть.

И это, товарищи, вовсе не дела давно минувших дней, а это такие дела, которые только и ждут, чтобы о них, наконец, во весь голос заговорили. Ибо нынешнее наше положение, в координатах нашего почти 30-летнего оккупационного прозябания (не знаешь даже, как это и назвать),– оно характеризуется той же сталинской фразой, только прочитанной наоборот: у нас были такие-то и такие-то, и ещё вот такие-то отрасли промышленности, а теперь их у нас нет.

С вашего позволения, я в своём выступлении продолжу тему, а сейчас поздравляю вас ещё раз с замечательным советским праздником Дня Сталинской Конституции; который, как и все наши Красные даты, начиная с годовщины Великого Октября, в свой срок, конечно же, вернётся полноправно в нашу жизнь.

Митинг, посвящённый Дню Конституции СССР 1936 года (Сталинской), объявляю открытым.

 

Гимн СССР.

  

*     *
*

 

УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ,
         конечно же, в формате митинга невозможно обозреть всю величественную панораму индустриального преобразования нашей Родины в годы сталинских пятилеток.

Но давайте бросим взгляд,– поневоле беглый,– хотя бы непосредственно на 30-е годы, как бы обрамляющие собою принятие и вступление в действие Сталинского Основного Закона.

В общем и целом это вторая пятилетка (1933 – 37 годы) и начало третьей пятилетки (1938 – 42 годы), завершение которой оказалось в какой-то мере скомкано войной.

За вторую пятилетку было введено в строй около четырёх с половиной тысяч новых и реконструированных промышленных предприятий – заводов, фабрик, шахт, электростанций и т.п., за три мирных года третьей пятилетки – 2900.

Давайте мы их – этих первенцев советской сталинской индустриализации – "вспомним поимённо", хотя бы некоторых из них.

Это Уралмаш – гигант тяжёлого машиностроения, равного которому долгое время попросту не было в мире.

Это Магнитогорский и Кузнецкий металлургические комбинаты, т.е. металлургические заводы в комплексе с сопровождающим коксохимическим производством.

Это Ново-Тагильский даже не комбинат, а целый узел металлургический, включавший, кроме двух заводов, из которых гигантский Ново-Тагильский являлся тогда одним из лучших в мире по своему техническому оснащению,– так там образовалась ещё масса сопровождающих производств: и коксохимия, и железные рудники, и рудообогатительные фабрики, и т.п.

Это ДнепроГЭС – Днепровская гидроэлектростанция имени В.И.Ленина.

Это громадные, по последнему слову тогдашней техники оборудованные заводы "Амурсталь" на Дальнем Востоке, "Азовсталь" на Украине, "Серп и Молот" в Москве, специализировавшийся на выпуске высоколегированных сталей: нержавеющих, быстрорежущих, особо жароустойчивых и т.д.

Это "Ростсельмаш" в Ростове-на-Дону, флагман советского сельскохозяйственного машиностроения.

Это опять же гигантские автозаводы ЗИС, тогда ещё имени Сталина в Москве и ГАЗ в Горьком.

Это Челябинский, Сталинградский, Харьковский тракторные заводы.

Это Хибиногорский химкомбинат в Карелии, с вводом в строй которого СССР полностью избавился от импорта искусственных удобрений для сельского хозяйства, а для транспортировки удобрений ближе к центральным районам страны был сооружён Беломорско-Балтийский канал.

Раз уж речь зашла о каналах, вспомним открытый в 1937г. канал Москва–Волга, на котором держится водоснабжение мегаполиса Москва, а также Ферганский канал в Узбекистане.

Строились не только новые предприятия, причем, как правило, на базе новейшей зарубежной техники. Создавались и новые отечественные технологии и новые технические средства, подчас на уровне крупнейших научно-технических открытий.

Так, на Горловском заводе на Донбассе был сконструирован и успешно внедрён в практику горный комбайн: машина, которая совмещала в себе все основные и наиболее трудоёмкие операции угледобычи. С появлением горного комбайна угледобыча превратилась в непрерывный процесс, тогда как ранее это был ряд отдельных операций, выполнявшихся разными техническими устройствами и разными бригадами рабочих. Между прочим, первыми в мире до этого додумались мы.

 

Товарищи, вы и сами видите, что этот перечень, эту поэму созидания можно продолжать буквально без конца.

Однако, если мы обратимся к нашим сегодняшним реалиям, то нам предстанет прямо противоположная картина: картина последовательного злостного уничтожения плодов человеческого созидательного труда.

Четверть века мы чуть ли не ежедневно читаем в оппозиционной прессе эти жуткие мартирологи, погребальные списки уничтоженных или приговорённых к уничтожению объектов народного хозяйства, подавляющее большинство которых были даже не то что вполне конкурентоспособны, но составляли основу и опору индустриальной мощи нашей страны как одной из двух мировых сверхдержав.

Создан, под видом законодательства о банкротстве, целый конвейер, некая дьявольская кухня перемалывания нашего экономического потенциала в угоду геополитическому противнику, под диктовку всё того же Международного валютного фонда.

Считается, что это делается в целях оздоровления предприятий, попавших в прорыв. Но никто пока ещё не смог привести ни одного примера предприятия, оздоровившегося в этой мясорубке, а вот количество погибших в ней исчисляется многими десятками тысяч.

 

Собственно, а в чём тут мораль и проблема,– могут меня спросить; вы ведь предлагали, чтобы история индустриализации стала проблемным наполнением сегодняшнего нашего мероприятия?

Мораль тут в сопоставлении этих двух картин: картины всенародного созидания, небывалого по своим масштабам,– и картины разрушения всего содеянного народом, разрушения, также по своим масштабам беспрецедентного.

А проблема, она в том, чтобы вернуться от разрушения к созиданию, и чтобы народ понял, наконец, жизненную безотлагательность для него этого перелома и взял бы этот спасительный перелом полностью в свои руки.

А для этого нет пока иного способа, кроме как говорить об этом, говорить и ещё раз говорить, пока те, кому суждено понять, не поймут и не сольются в ту всепобеждающую массу, которую мы называем – Народ, пришедший в национально-самосознательное состояние.

Какой народ, вы спросите,– ну, известно, какой: наш, Советский. А индустриализация почему? Да потому, что не было в нашей советской – да наверное, и во всей российской – истории более впечатляющего взлёта коллективного, солидарного, подлинно всенародного созидательного гения.

И ещё и поэтому надо о таких вещах почаще вспоминать. Раз такое смогли, то и всё, что угодно, сможем. Подняли же народное хозяйство после немецко-фашистского нашествия и погрома. Вот и после американо-фашистского погрома, после ельциноидов, тоже поднимем. И нечисть эту ельциноидную с нашей Советской земли рано или поздно, но уберём.

Так что не только за Победу, но и за новый индустриальный взлёт, за социалистическое народнохозяйственное возрождение – ура, товарищи!